ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. Юридическая фирма Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP предлагает вниманию читателей «Рекламного совета» обзор недавней судебной практики по вопросам интеллектуальной собственности. Здесь собраны наиболее интересные дела, посвящённые различным аспектам охраны и защиты интеллектуальной собственности, которые могут оказать серьёзное влияние на развитие правоприменительной практики в ближайшее время.

1. СИП подтвердил, что, размещая произведение на YouTube, правообладатель даёт согласие на его безвозмездное использование другими лицами.

Истец является обладателем исключительной лицензии на использование аудиовизуального произведения (фильма) «Производство специализированных жиров ЭФКО «Энергия жизни». Фрагменты фильма были использованы в различных передачах про пальмовое масло, размещённых впоследствии в интернете. В связи с этим истец подал иск о нарушении его исключительных прав к компаниям, которые без получения его согласия использовали произведение. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований, признав использование произведения допустимым цитированием.

Кроме того, истец разместил спорное произведение на сайте YouTube, в связи с чем суды сделали вывод, что на момент его использования ответчиками произведение было общедоступным. Условия использования веб-сайта YouTube предусматривают предоставление каждому пользователю YouTube неисключительной, безвозмездной лицензии на доступ и использование размещённого контента. По мнению истца, суды не приняли во внимание, что пользовательское соглашение не содержит такого способа использования контента, как сообщение в эфир, при этом такое право третьим лицам передано не было.

Тем не менее, суды пришли к выводу, что, размещая произведение на YouTube, правообладатель дал своё согласие на его использование, которое предусматривает в том числе доведение произведения до всеобщего сведения. Суд по интеллектуальным правам (СИП) согласился с указанными выводами судов и указал, что произведение, по сути, было использовано с согласия правообладателя.

2. СИП разъяснил: право преждепользования не распространяется на товарные знаки; опасность смешения знаков не зависит от удалённости территорий их использования; обращение в суд с требованием только о взыскании компенсации, но не запрете совершать действия по использованию знака, не является злоупотреблением правом.

Истец, правообладатель товарного знака «Армада», обратился в суд с иском к ответчику в связи с тем, что он незаконно использовал обозначение «Армада» на вывеске торгового центра и в доменном имени.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что ответчик правомерно использует обозначение «Армада», поскольку он начал использовать спорное обозначение в своей деятельности ранее даты приоритета товарного знака истца и ранее даты создания организации истца; более того, деятельность сторон ведётся в разных регионах. Суды также приняли во внимание, что истец инициировал судебные процессы, в которых он требовал взыскать компенсацию с ответчиков в связи с нарушением его исключительных прав, но не заявлял требования о запрете ответчикам совершать действия по использованию товарного знака. В связи с этим суды пришли к выводу, что действия истца имеют признаки злоупотребления правом.

СИП, рассматривая дело в качестве суда кассационной инстанции, не согласился с выводами нижестоящих судов, отметив, что законодателем предусмотрены различные способы защиты нарушенного права, выбор которого определяется правообладателем самостоятельно. Кроме того, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав с единственной целью причинения вреда другому лицу. При этом злоупотребление правом должно носить очевидный характер, вывод о нём не должен являться следствием предположений.

В итоге СИП установил, что факт злоупотребления истцом своим правом не доказан. Кроме того, СИП указал, что действие исключительного права на товарный знак распространяется на всю территорию РФ, независимо от удалённости регионов, где этот товарный знак может использоваться. Опасность смешения товарного знака истца и обозначения, используемого ответчиком, не зависит от осуществления ими своей деятельности в разных регионах РФ. СИП также отметил, что право преждепользования не распространяется на товарные знаки. Использование ответчиком спорного обозначения для индивидуализации торгового центра до даты приоритета товарного знака истца не может свидетельствовать о законности такого использования. В связи с изложенным СИП направил дело на новое рассмотрение.

3. СИП подтвердил, что скриншоты страниц с сайта YouTube могут подтверждать факт раскрытия сведений для определения уровня техники при проверке условия патентоспособности «новизна», а также дату такого раскрытия.

Компания «ЭкоПром» обратилась в суд с иском о признании недействительным решения Роспатента об отказе в удовлетворении возражения против выдачи патента на полезную модель. Истец посчитал, что Роспатент неправомерно не учёл в своём решении представленные им скриншоты страницы с сайта YouTube, на котором было размещено видео, содержащее сведения об автомобильных ковриках, которым были присущи все существенные признаки независимого пункта 1-й формулы полезной модели по оспариваемому патенту.

Суд указал, что для определения уровня техники общедоступными считаются сведения, содержащиеся в источнике информации, с которым любое лицо может ознакомиться само, либо о содержании которого ему может быть законным путём сообщено, в том числе через информацию, содержащуюся в интернете, дата публикации которой должна быть подтверждена. Скриншоты страниц с сайта YouTube, по мнению суда, могут являться надлежащим доказательством раскрытия сведений для определения уровня техники, а также подтверждать дату раскрытия таких сведений. Суд пришёл к выводу, что Роспатент допустил существенные нарушения процедуры рассмотрения возражения компании «ЭкоПром», в своём решении он не дал надлежащей оценки противопоставленным обществом источникам информации на предмет того, что в них содержатся сведения о несоответствии запатентованной полезной модели условию патентоспособности «новизна». В связи с этим СИП обязал Роспатент повторно рассмотреть возражение компании против выдачи патента на полезную модель.

4. СИП подтвердил, что договор с Российским авторским обществом (РАО) не может распространяться на предоставление права переработки произведения, а также его использования в составе передачи или другого сложного произведения. Для совершения соответствующих действий требуется получение согласия правообладателя произведения.

Истец, обладатель исключительных прав на произведения, фонограммы, исполнения и аудиовизуальные произведения Виктора Цоя, обратился в суд с иском о защите прав к «Первому каналу» в связи с тем, что в его эфире транслировался видеоролик, в состав которого была включена фонограмма произведения Виктора Цоя. Истец указал, что ответчик в отсутствие лицензионного договора с ним включил спорное произведение в состав аудиовизуального произведения и переработал его.

Суд первой инстанции признал наличие нарушения, удовлетворив заявленные требования в части, уменьшив размер компенсации. Апелляционный суд не согласился с его выводами и отказал в иске, поскольку ответчик действовал в соответствии с условиями лицензионного договора с РАО, в соответствии с которым ответчику предоставлено право на публичное исполнение произведений, их сообщение в эфир или по кабелю, в том числе путём ретрансляции.

СИП, пересматривая дело в порядке кассации, не согласился с выводами апелляционного суда, указав, что государственная аккредитация организации по управлению правами на коллективной основе не распространяется на случаи использования музыкального произведения посредством его включения в состав передачи (сложного произведения). Помимо этого, у РАО отсутствует государственная аккредитация на предоставление права на переработку произведения. Также СИП отметил, что выплачиваемое ответчиком вознаграждение РАО распространяется только на публичные способы использования произведений, а не переработки и включение произведения в состав другого произведения, для которых требуется получение разрешения правообладателя независимо от того, будет ли оно использоваться публично. Исходя из изложенного, СИП оставил в силе решение суда первой инстанции.

5. СИП подтвердил, что вопрос о нарушении прав на фирменное наименование должен разрешаться на основании положений ГК РФ, при этом в качестве специальных не могут применяться нормы о лицензировании.

Истец и ответчик являются управляющими компаниями, имеющими идентичные фирменные наименования, а также основной вид деятельности – по управлению недвижимым имуществом на договорной основе. В связи с тем, что регистрация ответчика в качестве юридического лица имеет более позднюю дату, истец подал к нему иск с требованием о прекращении использования фирменного наименования в отношении указанного вида деятельности.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования в полном объёме, установил тождество фирменных наименований истца и ответчика, осуществление ими аналогичных видов деятельности на территории одного субъекта РФ и приоритет исключительного права истца на фирменное наименование.

Суд апелляционной инстанции отменил указанное решение и принял по делу новый акт, которым отказал в удовлетворении требования. При этом суд указал, что в рассматриваемом случае нормы ГК РФ, на которые сослался суд первой инстанции, не могут быть применены, поскольку имеется специальное регулирование в отношении порядка устранения тождества фирменных наименований юридических лиц, осуществляющих деятельность по управлению многоквартирными домами. Кроме того, по мнению суда, законодатель предписал изменять фирменное наименование именно той управляющей компании, которая получила лицензию позже компании с тождественным либо сходным фирменном наименованием. В связи с тем, что истец получил лицензию на осуществление деятельности позже ответчика, именно ему следует изменить своё фирменное наименование.

СИП, рассматривая дело в порядке кассации, указал, что датой приоритета фирменного наименования является внесение записи о государственной регистрации истца в качестве юридического лица. Также в рассматриваемой ситуации к спорным отношениям подлежат применению именно нормы ГК РФ, поскольку заявленные исковые требования связаны с защитой исключительного права истца на фирменное наименование, то есть вытекают из гражданских правоотношений, урегулированных специальными нормами части IV ГК РФ, а не с требованиями к получателю лицензии на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами. В предмет спора о защите права на фирменное наименование не входит соответствие сторон лицензионным требованиям, суммировал СИП.

6. СИП указал, что в случае, если лицо продолжает использовать спорное фирменное наименование правообладателя, правонарушение является длящимся. В таком случае нормы о сроке исковой давности не применяются.

Истец обратился в суд с иском об изменении ответчиком фирменного наименования, ссылаясь на то, что ответчик использует в своём наименовании словосочетание, совпадающее с его фирменным наименованием, в отношении вида деятельности, тождественного виду деятельности истца.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требования, сделав вывод о том, что истцом был пропущен срок исковой давности. Суды исходили из того, что из представленных в деле договоров следует, что о наименовании ответчика и о его деятельности истец знал с 2014 года, следовательно, на дату обращения в суд (02.10.2017) срок исковой давности для предъявления иска был пропущен.

СИП, пересматривая дело в порядке кассации, указал на ошибочность выводов судов первой и апелляционной инстанций. Поскольку ответчик продолжал использовать спорное наименование, иск был направлен на пресечение длящегося нарушения, в связи с чем срок исковой давности истцом пропущен не был. Дело было направлено на новое рассмотрение.